— Вы думаете?

— Уверен.

— Биологические излучения ловить?

— Возможно. Но в первую очередь стоит вспомнить о тяготении. Еще великий французский астроном Лаплас, изучая в 1787 году вековые ускорения Луны, показал, что скорость распространения гравитационного действия как минимум в 50 миллионов раз больше скорости света.

— Думаете, они тяготением телеграфируют? — задумчиво спросил Береговой. — А мы принять не можем?

— Пока. Первые опыты приема гравитационных волн уже делались.

— И эти волны есть в космосе?

— Еще бы! Во Вселенной появляются и исчезают, перемещаются огромные массы вещества, даже фотоны света, не имеющие массы покоя, превращаются, как мы знаем, в электроны и позитроны с массами, что не может не вызвать появления гравитации. Надо лишь научиться принимать гравитационные волны, которые где-то в космосе могут вызываться искусственно для передачи сигнала.

— А что, — обрадовался Береговой, — такие сигналы годятся и для межзвездного телефона. Когда-нибудь крикнем: «Эй, ребята с Андромеды! Как там у вас?»

— Если наши ребята при нас долетят туда, — вставил я.

Береговой насторожился.

— Не долетят, думаете?

— Три миллиона световых лет все-таки.

— Ну и что? Предел скорости имеете в виду?

— Скорость света по Эйнштейну непреодолима.

— А мне пришлось дать на это другой ответ.

— Кому?

— Киношникам, снимавшим путешествие ребятишек на Кассиопею.

— И они долетели до нее в детском возрасте?

— А как же, иначе картины не было бы и премии ей не присудили бы. Я консультантом был, но посоветовался с видными учеными. Ну и сказал, как звуковой барьер летчики преодолели, так и световой звездолетчики возьмут! Эйнштейну вопреки!

— Кстати, чтобы дети в своем еще возрасте долетели до созвездия Кассиопеи, опровергать Эйнштейна не требуется.